Проверь.

Вижу, ты на месте, — ухмыльнулся он.

Конечно, Паркер по-прежнему основательно меня дубасил, но уж точно не из-за нехватки рвения и внимания с моей стороны. Я делала, что могла, добилась пусть скромного, но некоторого успеха, и это в определенном смысле подкрепило мое решение побороться за наши с Гидеоном столь неустойчивые отношения. Я намеревалась не жалеть ради Гидеона времени и усилий, стать сильнее и лучше, чтобы мы вместе смогли преодолеть все препоны. И собиралась сообщить ему об этом, захочет он слушать или нет.

После тренировки я приняла душ, попрощалась с товарищами по занятиям и вышла на все еще теплый Проверь. вечерний воздух. Клэнси уже подогнал машину и стоял, прислонившись к крылу автомобиля в позе, которую лишь полный идиот назвал бы небрежной. Несмотря на теплую погоду, он был в куртке, скрывавшей кобуру.

Все нормально?

Он выпрямился, чтобы открыть мне дверь. Сколько его помню, он всегда стригся коротко, на военный лад, что лишь усиливало производимое им впечатление весьма мрачного человека.

Работаем над этим.

Скользнув на заднее сиденье, я попросила Клэнси отвезти меня к Гидеону. У меня имелся свой ключ, и я была готова им воспользоваться.

По дороге я гадала, отправился Гидеон к доктору Петерсену, потому что договорился заранее, или им двигал Проверь. порыв. Гидеон согласился на индивидуальную терапию только из-за меня. Если я больше в расчет не принималась, то ему вроде бы не было смысла посещать психотерапевта.

Войдя в элегантный холл дома Гидеона, я отметилась у консьержа и, только оказавшись в его персональном лифте, по-настоящему занервничала. Несколько недель назад он внес меня в список — жест, значивший для него и меня куда больше, чем, возможно, для других, так как для Гидеона дом был своего рода убежищем, чуть ли не святилищем, куда допускались лишь немногие избранные. Я была единственной женщиной, с которой он занимался там любовью, и только у меня, не считая обслуживающего персонала Проверь., имелся ключ от его апартаментов. Еще вчера у меня не было сомнений в том, что мне будут здесь рады, но сейчас…

Выйдя в маленький холл, украшенный мраморной плиткой в шахматном порядке и старинной консолью, на которой стоял огромный букет белых лилий, я, перед тем как открыть дверь, глубоко вздохнула и внутренне напряглась, так как не знала, в каком состоянии могу его застать. Когда он набросился на меня во сне в первый раз, это буквально разбило его, и мне даже страшно было думать о том, во что это могло вылиться сейчас. Меня ужасала мысль, что его парасомния может Проверь. оказаться вбитым между нами клином.

Однако стоило мне очутиться внутри, как по энергетике помещения я почувствовала, что он отсутствует. Я вошла в роскошную гостиную, и там немедленно зажегся свет. Мне пришлось собрать все свои силы, чтобы заставить себя держаться так, словно я у себя дома.

Моя комната располагалась дальше по коридору, и я направилась туда, помедлив у порога, перед тем как увидеть странное воспроизведение в квартире Гидеона моей собственной спальни. Потрясающе точное во всем: от цвета стен до мебели и тканей, хотя само существование этой спальни в немалой степени вызывало растерянность и смущение.


documentaksmcpt.html
documentaksmkab.html
documentaksmrkj.html
documentaksmyur.html
documentaksngez.html
Документ Проверь.